Читаем без скачивания Серебряная воительница - Питер О`Доннел

Гастон Бурже пощупал руками гипс на челюсти и решил, что этот человек говорит с еще более жутким английским акцентом, чем британский премьер Хит, которого он однажды видел по телевизору.

— Да, — кивнул он и, сунув руки в карманы пальто, спросил: — Зачем мы оказались в этой Богом забытой дыре?

Все четверо сейчас находились в каменном домике на поросшем травой склоне долины в предгорьях Пиренеев. Пол был из глины, крыша местами прогнила и провалилась. Тяжелая дверь лежала на траве. Окон не было.

Мистер Секстон снял с плеч свой рюкзак и поставил его на пол, отчего в нем звякнуло что-то железное. Он сказал:

— Здесь нам не помешают. Значит, вы доехали на такси от станции до Милле, потом пошли пешком?

— Восемь километров на своих двоих, — мрачно кивнул главный из трех французов. — Совершенно бессмысленные инструкции.

— Ничего подобного. У этой Блейз во Франции могучие друзья. Нас могут искать.

Жак Гара, у которого два пальца были в гипсе, заметил:

— Они нас не найдут. А если бы даже и нашли, мы бы ничего им не сказали. Можете быть уверены.

— Это моя работа, — сказал мистер Секстон. — Быть уверенным, что все идет по плану.

— Необходимо уладить вопрос оплаты, мсье, — вступил вожак. — Потому-то мы сюда и прибыли.

— Оплаты, Серваль? Но вы же завалили работу. Вы не выполнили поручения. Теперь вам надо поскорее исчезнуть. Незачем полиции допрашивать вас…

— Нас не предупредили, что может возникнуть эта Модести Блейз, — упорствовал вожак.

— Это чистая случайность. Но вам следовало бы учитывать и возможные осложнения.

— Не согласен, мсье Секстон. Итак, вы хотите, чтобы мы исчезли, не получив денег?

Трое французов взяли англичанина в клещи, образовав полукруг. Атмосфера накалялась. Мистер Секстон добродушно рассмеялся.

— Исчезли непременно, причем все трое, — подтвердил он и, не договорив, высоко подпрыгнул и левой ногой ударил Бурже в горло.

Приземлившись на правую ногу, мистер Секстон каблуком левой угодил Сервалю по колену. Серваль, сделавший выпад туда, где еще мгновение назад находился мистер Секстон, крикнул от боли и упал. Крик перешел в стон.

Гара успел было вытащить револьвер, но его правая рука попала в стальные тиски — пальцы мистера Секстона безжалостно впились в плоть и мускулы. Из его рта вырвался крик, но тут же мистер Секстон, резко выдохнув, ударил его ребром ладони по черепу над ухом.

Серваль, шатаясь, поднимался на ноги, но мистер Секстон быстро обернулся и ткнул его железным пальцем в живот, потом ловко захватил его голову и перебросил противника через себя, не отпуская, однако, головы, отчего у Серваля хрустнули шейные позвонки.

Когда труп Серваля глухо ударился о глинобитный пол, мистер Секстон резко обернулся, торжествующе оскалив зубы. Он весело подошел к рюкзаку, открыл его, извлек стальную цепь. Потом он просунул один ее конец в маленькое отверстие в стене, вышел наружу и обмотал вокруг двери, которую, сняв с петель, поставил рядом у стены. Затем он вернулся в дом, надел толстые перчатки, обмотал вокруг пояса второй конец цепи, отыскал для упора каменный выступ и взялся за дело.

Секунд тридцать он только вдыхал и выдыхал воздух, настраиваясь на задуманное. Потом изо всех сил натянул цепь, отчего старая дверь уперлась в противоположную стену, дерево скрежетало о камень, трещало, словно угрожая разлететься в щепы. Цепь, задрожав, натянулась, превратившись в стальной брус. Из стены выпал один камень, потом второй… Наконец вся стена зашаталась и обрушилась внутрь.

Мистер Секстон одобрительно кивнул и освободил цепь. Тем же способом он обрушил еще две стены. Последняя, в которой был дверной проем, упала двумя секциями.

Десять минут спустя на месте домика высилась груда камней под которыми были погребены три трупа. Мистер Секстон еще раз осмотрел свою работу, убрал цепь в рюкзак, закинул его себе за спину и бодрой походкой двинулся в деревушку в пятнадцати милях от развалин, где он оставил свою машину. У него было отличное настроение. Теперь он мог доложить полковнику Джиму, что страховой полис, о котором шла речь, был успешно введен в действие.

Глава 5

Мистер By Смит блаженно зевал, идя по проходу своей стотонной моторной яхты «Ночная красавица», стоявшей у причала в гавани Тайпы. Он посмотрел на красно-зеленый португальский флаг, полоскавшийся на ветру под луной, и улыбнулся.

Мистер By Смит только что выиграл тысячу долларов в том единственном виде азартных игр, который себе позволял. Его сверчок Серебряный Дракон одержал победу над фаворитом, сверчком его приятеля Чуна в результате изнурительного двадцатиминутного боя. By Смит остановился и облокотился о полированный медный поручень, не боясь запачкать свой белый костюм. Он с удовольствием прокручивал в памяти детали поединка.

Победа пришла после серьезной подготовки. Как и большинство бойцовых сверчков, Серебряный Дракон родился на кладбище. Но появился он на свет не на обычном погосте, но на английском кладбище Гонконга, где, как полагал By Смит, покоились кости и его британских предков. By Смит кормил сверчка по особому методу — семена лотоса с рисом, вымоченным в молоке с лягушачьими лапками. Кроме того, раз в неделю By Смит позволял своему любимцу вступать в соитие с самочкой — для поддержания истинного мужского духа. Сегодня Серебряный Дракон одержал победу, хотя Чун перед схваткой и щекотал усики своего сверчка конским волосом, чтобы как следует его раззадорить.

Вечер выдался удачным, размышлял By Смит. Да и год в целом выдался неплохим, и все его начинания приносили прибыль. By Смит в очередной раз с благодарностью вспомнил того китайского мандарина, который четыреста лет назад подарил португальцам этот клочок суши в награду за их усилия по борьбе с пиратами.

By Смиту было приятно ощущать себя гражданином этой европейской провинции, устроившейся на гиганте Китае, словно блоха на слоне. Он был рад, что является одним из двухсот пятидесяти тысяч жителей колонии, разместившейся на материке и двух островах, Тайпа и Коулун. Эта колония по своим размерам уступала аэропорту Кеннеди, где ему однажды довелось побывать, но в малых размерах имелись свои преимущества.

Поскольку Макао не отличалось просторами, красный Китай не мечтал прибрать его к рукам. Как и Гонконг, до которого от этой самой пристани было час езды на судне с подводными крыльями, это были те поры, которые позволяли континентальному гиганту дышать.

Мистер By Смит одобрял методы управления колонией. Лица, отвечавшие за порядок перед Лиссабоном, не допускали, чтобы Макао превратилось в выгребную яму порока и преступности, хотя именно так многие на Западе думали об этом далеком месте. Вместе с тем те, кто распоряжался в Макао, понимали ценность и необходимость невидимого экспорта. А именно — свободной торговли золотом. Ежегодно импортировались двадцать две тонны благородного металла. И ничего не шло на экспорт. Золото потихоньку расползалось по Дальнему Востоку маленькими порциями, приобреталось теми, кто не верил бумажкам и был готов платить премиальные лицам, обеспечивавшим приток этого полезного металла. «Нью провидент энд коммершиал банк оф Макао» процветал, равно как и те, кто сплел вокруг него золотую паутину. С помощью мастера By Смита можно было купить женщину в сирийском Алеппо и продать ее в столицу Уругвая Монтевидео. Через Марсель шли упаковки с героином, который делали из опия-сырца, произраставшего в так называемом Золотом Треугольнике, где сходились границы Бирмы, Таиланда и Лаоса. С этого By Смит получал свои проценты, хотя от Макао до ближайших плантаций мака было, по меньшей мере, пятьсот миль.

Процветала и торговля с коммунистами по ту сторону границы. Дети председателя Мао нуждались в товарах, которые всегда мог им поставить By Смит. Его отношения с генералом Чжан Бо из Гуаньдуна, судя по донесению агентов, были отличными, но сам By Смит ни за что не пересек бы границу КНР, даже если бы китайцы это разрешили. Дела с ними можно было делать, но они отличались жуткой подозрительностью в смысле политических интриг. Это превращало их в опасных и непредсказуемых партнеров. Но не беда. By Смит отлично вел дела с коммунистами, не подвергая себя никакому риску.

Вообще By Смит большую часть жизни старался не подвергать свою персону никакому риску. Он знал, что у него есть враги как среди тех, кто поддерживал правопорядок так и среди тех, кто его постоянно нарушал. Он нигде не появлялся без своего личного телохранителя, молчаливого тайца, который и сейчас стоял в двух шагах от него. Дом его являл собой подлинную крепость, но когда позволяла погода, By Смит проводил ночи на своей моторной яхте, всегда стоявшей на якоре в полумиле от берега. На борту находилось пять охранников, и двое из них поочередно дежурили у радара, который по ночам предупреждал о любых передвижениях по морю в этом районе.